Вечером 9 апреля, в канун пятницы Страстной седмицы, наместник Высоко-Петровского монастыря епископ Бронницкий Иоанн совершил утреню с чтением двенадцати Страстных Евангелий.
Утреня Великой пятницы — одно из самых скорбных богослужений Православной Церкви, посвященное воспоминанию страданий и крестной смерти Христа.
За богослужением были прочитаны двенадцать евангельских отрывков, в которых последовательно раскрывается история Страстей Господних: последняя беседа Спасителя с учениками на Тайной Вечере, предательство Иуды, суд первосвященников и Пилата, мучения и распятие Сына Божия и затем погребение Спасителя Иосифом и Никодимом.
После прочтения последнего, двенадцатого Евангелия, наместник обители епископ Бронницкий Иоанн обратился к верующим с архипастырским словом:
«Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа!
Сердце замирает, ум цепенеет и уста замолкают от осознания того, что произошло на Голгофе.
Для многих, кто стал живым свидетелем распятия, казнь Спасителя поначалу не казалась чем-то необычным. Ничем выдающимся она не отличалась от множества других казней, совершавшихся в то время за тяжкие преступления. И когда Господа привели на Голгофу, собравшиеся не ждали ничего сверхъестественного. Более того, некоторые, видя Его страдания, позволяли себе насмехаться и глумиться над Ним. «Разрушающий храм и в три дня созидающий его! Если Ты Сын Божий, сойди с креста, и мы уверуем в Тебя» (Мф. 27:40). Так они кричали Ему.
Какое же безумие — полагать, что сила Божия проявляется лишь во внешних великих действиях. Действительно, разрушить Иерусалимский храм, о котором идет речь, — задача не самая сложная, что и подтвердила впоследствии история. Но воздвигнуть его за три дня невозможно даже с современными технологиями. А люди, которые смотрели на распятого Христа, ждали именно такого зрелищного чуда. Соверши Он его — и тысячи, а то и сотни тысяч уверовали бы в Него, более того, они бы провозгласили Его царем, короновали и посадили бы на трон земного царства.
А кого же они видели перед собой? Измученного Человека, который вот-вот умрет от тяжести физических страданий. Но то, что произошло спустя несколько часов, повергло в страх, ужас и трепет всех, кто стоял у Креста.
Померкло солнце. Поднялся страшный шум. Началось сильное землетрясение, от которого в Иерусалиме поколебались и обрушились многие здания. В самом Иерусалимском храме сама собой разодралась надвое внутренняя церковная завеса. Чтобы понять масштаб этого события, стоит вспомнить размеры этой завесы: почти сорок метров в высоту, более десяти метров в ширину и толщиной около десяти сантиметров.
И тогда некоторые из очевидцев, пораженные увиденным, признали: «Воистину Человек Этот был праведник». Ведь если бы не было в этом действии Божиего промысла, все прошло бы как обычно, как случалось и ранее. Если бы Христос не был не просто праведником, а Богом, Он умер бы так же, как и прочие казненные, и ничего бы не изменилось в человеческой истории.
Но когда совершилось таинственное, когда Христос испустил дух, те, кто еще недавно издевался, плевал и глумился, от Голгофы возвращались домой совсем другими. У многих изменилось сознание от того, что они увидели.
Невозможно человеческим умом вместить всю глубину событий, которые мы слышали в этих двенадцати евангельских отрывках. Что возможно нам, ученикам Христа? Только одно — взирая на Крест и распятие Спасителя, склонить головы и обратиться со словами:
“Слава, Господи, страстям Твоим! Слава, Господи, долготерпению Твоему!” Аминь.»
